Эксклюзивные ноу-хау скажут свое решающее слово

19 июля 2005 г.

- Программа технического перевооружения, первый этап которого сегодня окончательно утвержден, имеет свою предысторию, - рассказывает Юрий Васильевич. – Мы разрабатывали ее не один год. А мысль о ней появилась в 1996 году, когда заводчане после длительного перерыва впервые побывали за рубежом, приняв участие в международной выставке в Дюссельдорфе. Тогда мы воочию увидели, что наш завод значительно отстает в уровне технологий, в подходе в организации производства, в техническом состоянии оборудовании от ведущих западных предприятий. И задумались над тем, что же нам сделать, чтобы не быть в хвосте, чтобы подтянуть свои позиции к передовым западным технологиям.

- И к чему, Юрий Васильевич, после раздумий пришли?

- К тому, что прежде всего надо максимально набираться передового опыта. Таким образом мы стали ежегодно планировать и посещать западные предприятия, заводить тесные деловые связи с передовыми машиностроительными компаниями и российскими, и зарубежными и стали поддерживать контакты  с отечественными производителями для того, чтобы знать, на каком уровне находятся их технологии, каковы их планы развития, наконец, изучать, каковы потребности рынка.

Дело в том, что наш завод по своим мощностям способен закрыть по своей номенклатуре процентов 85  потребностей внутреннего рынка. Но времена меняются. Сегодня  все определяет, не сколько, а какую  продукцию выпускает завод: ликвидна ли она, соответствует ли требованиям передовых технологий тех предприятий, куда мы ее поставляем…

- То есть на деле случались подобные нестыковки?

- Даже не нестыковки. Были и пока есть претензии со стороны потребителей. Ведь они все больше и больше ужесточают требования  - к химсоставу, к точности геометрии, к товарному виду, к упаковке. Наконец, требования снижать себестоимость, то есть, делать лучше и дешевле. А как делать лучше и дешевле? Качество несет дополнительные затраты, их надо компенсировать более совершенными технологиями.

Такова логика. Поэтому в конце 90-х годов возникла идея подготовить план с реальным анализом перспективы развития внутреннего рынка. Тогда, до 2000 года, мы вообще не ставили задачу выходить большими объемами на экспорт – туда поставляли 3, от силы 5 процентов. Экспорт был невыгоден. Ведь приходилось конкурировать с современными западными технологиями, ориентированными на поток, на большие объемы. И там тоже потребители – машиностроение, энергетика, автомобилестроение – не стояли на месте, предъявляли все более жесткие требования, как это начали делать и отечественные предприятия в преддверии вхождения в ВТО. Вот поэтому и были и есть проблемы.

- Но, вроде бы, Юрий Васильевич, мы и на месте не стояли…

- Да, мы совершенствовали свою технологию, осваивали новые виды продукции, вводили новые технические условия, которые ужесточали требования – и это все требовало развития, чтобы мы не стояли на месте. Соответственно, для того, чтобы была динамика, мы поставили задачу максимально осваивать новые виды, сплавы, изделия. Нам это удавалось. С конца 1995 года у нас не было месяца, чтобы мы не осваивали 10-12 новых видов типоразмеров, не было года, чтобы мы не осваивали несколько новых видов сплавов. Это привело к тому, что мы стали на рынке очень маневренными. Если тот или иной сегмент его «провисал», мы тут же перекрывали его другой составной, той, на которую был спрос. Примечательна в этом отношении вторая половина прошлого и первая – нынешнего годов: мы набираем номенклатуру практически розничной торговли – трудоемкую, малотоннажную. Иначе говоря, такой подход свидетельствует именно о маневренности.

Таким образом, приобретенная с 2000 года маневренность и позволяет нам непосредственно приступить к этапу технического перевооружения. Ведь любое техперевооружение не обходится без каких-то срывов в планах производства: надо установить оборудование, запустить его – это, в свою очередь, вызывает необходимость демонтировать старое, перевезти его на другой участок. Но цель – все-таки срывов производства не допустить. Поэтому мы по-прежнему на номенклатуре этого года отрабатываем свою маневренность, кооперацию между цехами, участками, максимально запускаем продукцию даже на участках, если она не по его профилю. И год нынешний показал, что мы действительно готовы начать реконструкцию. Что, кстати, показывает и рост экспортной составляющей. В мае мы подняли ее до порядка 18 процентов. А ведь сделать было это очень непросто – наладить производство, когда предъявляются действительно очень жесткие требования и когда нужна действительно четкая организация производства, взаимодействие всех структур.

Однако, и в техническом отношении мы подступали к техперевооружению. В частности, обновляли оборудование, предназначенное для выпуска прутков, для производства медных шин. В Германии закупили современные приборы неразрушающего контроля производства фирмы доктора Ферстера. Начали и серьезное оборудование внедрять. Поставили во второй цех новый гидравлический пресс усилием в 25 меганьютонов. Реализовали два контракта с фирмой «Шумаг» - речь идет о линии финишной отделки медных труб и спиннер-блоке. Это все звенья одной цепочки, ведущей к техперевооружению. 

 - И все-таки, Юрий Васильевич, к чему мы придем, если брать в долгосрочном плане?

- В перспективе мы рассматриваем строительство двух современных мини-производств: одно по выпуску медных и медно-никелевых труб и другое – по производству круглого латунного проката. 

- А что включает в себя первый этап, о котором сегодня и речь?

- Первый комплекс не совсем вписывается в создание мини-производств. Он предназначен, чтобы значительно увеличить составляющую по выпуску конденсаторных труб. Они и сейчас востребованы и будут востребованы, причем их с успехом можно экспортировать во все страны (на них мы и отрабатывали экспортную составляющую в этом году). Задача – сделать это производство более современным, чтобы выпускать трубу, не уступающую по своим характеристикам трубопроизводителям самых передовых европейских предприятий.

Что включает в себя первый комплекс? Это печь фирмы «Юнкер» для светлого отжига; затем три правильных отделочных линии, оснащенными дефектоскопами фирмы доктора Ферстер; это комбинированная линия волочения – отделки труб; наконец, станция для производства защитной атмосферы, предназначенная для печи. Одновременно предусматривается модернизация двух станов ХПТ, перенос действующего оборудования, комплекс  строительно-монтажных работ, проектные работы и т.п..

Кстати, по станции вопрос еще дорабатывается. Вопрос этот стоял так, строить ли ее с расчетом на первый комплекс или на перспективу. Но предварительный анализ показывает, что строить надо на перспективу, это менее затратно, чем в будущем возводить еще одну станцию.

- В какой стадии мы сейчас находимся?

- Проработана техническая часть. 18 июля в нам приезжают представители фирмы «Юнкер» - и начинаем всю работу по контракту с ней. Нарабатывается контракт по станции защитной атмосферы. Ведется работа по контракту на поставку оборудования неразрушающего контроля. Комплексную линию волочения - отделки будем приобретать на конкурсной основе. Словом, работа уже идет вовсю.

- Последний вопрос, Юрий Васильевич. Программа техперевооружения рассчитана все-таки на достаточно длительный срок. Не уйдут ли за это время западные производители вперед, и не окажемся ли мы снова в хвосте?

- С уверенностью могу сказать, что нет. Мы ведь тоже задавались этим вопросом. Поэтому в новые технологии заложены три ноу-хау, которых нет и не будет у наших конкурентов. Не могу сказать, что это за ноу-хау. Но эти эксклюзивные решения позволят выпускать дешевую и качественную продукцию и, думаю, скажут свое решающее слово в конкурентной борьбе.

Под знаком качества

1 декабря 2004 г.

Мы собираем статистику о посещениях сайта с помощью cookies. Посещая сайт, вы соглашаетесь с этим.